Элитис
30.06.2022

Почему историк Карамзин считал петровские реформы ошибочными?

Николай Михайлович Карамзин — писатель, поэт, создатель популярной «Истории государства Российского», реформатор русского языка и один из основателей отечественного консерватизма.

В 1811 году Карамзин создает «манифест российского консерватизма» — Записку о древней и новой России в её политическом и гражданском отношениях. Меморандум был вручен лично императору Александру I, по мнению многих исследователей, именно позиция Карамзина повлияла на окончательное свертывание нерешительных александровских реформ.

По сути, Н.М. Карамзин стал первым, кто развернуто поднял вопрос о недостатках петровского правления, о «темной стороне» его грозных реформ. При этом, Карамзин отдает Петру Великому должное, считая его, безусловно, незаурядным деятелем. Строителем, полководцем, лидером. Однако, по мнению историка, Пётр мог быть еще лучше.

Казалось бы, все просто: Карамзин критикует Петра за его реформы и стремление к европеизации страны. И да, и нет. Все гораздо сложнее и обоснованнее, чем может показаться на первый взгляд.

Во-первых, по мнению Карамзина, Пётр позаимствовал у европейских держав слишком многое: не только технологии, науки, искусство, но и традиции, обычаи. Притом насадил их силой, приказом монарха.

«Русская одежда, пища, борода не мешали заведению школ. Два государства могут стоять на одной степени гражданского просвещения, имея нравы различные…» (с) Н.М. Карамзин. Записка о древней и новой России.

Но «шатанием духовных скреп» дело не ограничилось. Более того, это не главный «пробел» Петра, которым недоволен Карамзин. Проблема в том, что Петр «новые европейские порядки» насадил только в элите русского общества. Тогда как основная чсть населения осталась там, где была. И этот факт породил колоссальный разрыв между обществом, не только сословный там или материальный. Но и духовный, культурный.

Теперь дворяне жили в своем мире, а крестьяне — в своем. И миры эти практически не пересекались. Здесь мне сложно спорить с Карамзиным. Ведь этот разрыв между «мирами господ и работников» просуществовал, во многих аспектах, аж до двадцатого века! На мой взгляд, Пугачев, Булавин, Революции и ожесточенная Гражданская война — отчасти, следствие такого разрыва. Когда жители одного и того же государства воспитаны на разных ценностях, как они могут понять друг друга?

«Мы стали гражданами мира, но перестали быть, в некоторых случаях, гражданами России. Виною Пётр…» (с) Н.М. Карамзин. Записка о древней и новой России.

Далее идет тоска по древним обычаям, названиям (воеводы, бояре и т.п.), «духовности». Противостояние с Европой казалось Карамзину благостным, потому что «иноземцам» гораздо тяжелее покорить страну, чем «братьям». А после того, как Россия вошла в число европейских держав, для большинства представителей элиты французские или немецкие «господа» оказались куда как ближе русских крепостных.

Помимо этого, Карамзин упрекает Петра в «силовых» методах (правда, когда они были иными у правителей?), в основании Петербурга (мол, место крайне неподходящее), в подчинении церкви государственной власти (что привело к падению авторитета религии).

Впрочем, в итоге Карамзин признал: Пётр проложил для России новый путь, к старому возврата уже не будет. Отчасти все эти претензии к Петру можно объяснить недовольством консерватора и его тоской по временам, когда «трава была зеленее, а бояре с воеводами бороды носили». Но заслуга Карамзина, на мой взгляд, состоит в том, что он обратил внимание на колоссальный разрыв между «элитой» и «народом», притом прямо сказал об этом императору. Пётр, вольно или невольно, этот разрыв сильно увеличил, не отменив при этом крепостное право…

Facebook Комментарий

Facebook Комментарий

Комментарий (0)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.